Сын Р.Эгегейфуса - Орланд Шизоненко. Сейчас проживает в г. Ухта, республика
Коми.
Карандашный набросок профиля мужчины очень похожего на Рычарда. |
|
Общеизвестно, что Рычард Мстиславович хоть
и был без ума от природы и людей русского севера, но выучить русского
языка он так и не смог, хотя в совершенстве владел немецким, английским
и французским, довольно бегло изъяснялся на датском и нидерландсом
языках, писал и переводил с идиш и иврита. Известен довольно обширный
цикл стихов посвященный русским красавицам, написанный на испанском
языке и в последствии утерянный. Остались только их переводы на ненецкий
выполненные известным ненецким поэтом и другом Рычарда Прокопием Явтысым,
за которые Прокопий был принят в Арктическое Литобьединение. Несколько
лет назад талантливый московский поэт Харитон Мямля попытался перевести
эти стихи с ненецкого на русский, но то ли ему таланта не хватило,
то ли двойной перевод сыграл злую шутку, в общем, понять о чем в этих
стихах идет речь стало решительно невозможно. Хотя два стихотворения:
"Все куда-то бегут олени..." и "Оп-ля, тру-ля-ля..."
получили довольно ши-рокий резонанс.
Рычард Эгегейфус написал большое количество научно-исследовательских
статей о жизни северян, их обычаях, преданиях, верованиях и других
заблуждениях. Все статьи были написаны на английском или немецком
языках и в советских изданиях, якобы из-за незнания нашими людьми
иностранных языков, до последнего времени не публиковались. Не смотря
на то, что после каждой иностранной публикации Рычарда сажали в кутузку
по стандартному обвинению в шпионаже, долго лупили и по чеховски приговаривали
- "не пиши, не пиши", - преодолеть эту слабость Рычард так
и не смог. Более того, многолетний стаж пребывания в казематах послужил
ему материалом для написания обширнейшего эссе "Особенности и
отличительные свойства советской пенитенциарной системы", которое
и легло в основу "Архипелага ГУЛАГа" А.И.Солженицина.
Редакция журнала "Осадки" по праву гордится тем,
что именно мы начали восполнять пробел в истории родного края и порадовали
любезных читателей переводами ранее неизвестных статей Рычарда Мстиславовича
(см. "Осадки №5") и впредь обязуемся столбить это поприще
по мере сил и возможно-стей.
Учитывая огромный вклад и необыкновенный творческий потенциал
Рычарда Эгегейфуса, можно быть твердо уверенным в том, что он мог
бы стать крупным ученым, но сгубили его две чисто российские слабости:
водка и бабы. Рычард Мстиславович не был запойным пьяницей, но коли
уж начинал гулять, то делал это с необыкновенной удалью и размахом.
Документально зафиксирован случай, когда Рычард остановил чуть было
не начавшееся во время войны восстание эвенкийских коряков против
советской власти просто опоив их до полусмерти и тем самым спас несколько
стойбищ от поголовного истребления. Или еще один случай: когда стало
известно о походе Амундсена на северный полюс на собачьих упряжках,
Рычард подговорил своих друзей оленеводов и они, взяв с собой несколько
ящиков водки, ломанули на перехват знаменитого покорителя полюса.
Но где-то они с Амундсеном разминулись и, загнав три оленьих упряжки,
прикатили на полюс пер-выми. Проторчав на полюсе две недели, выпив
всю водку и, поняв, что никого они там не дождутся, Рычард и сотоварищи
решили вернуться назад, отправив в знак протеста в Норвегию почтового
оленя с вырезанным на его рогах поздравлением Амундсену и всему норвежскому
народу. Коварные норвеги оленя заныкали, хотя оленьи следы были запротоколированы
как нашими, так и норвежскими пограничниками.
О любвеобильности Рычарда Эгегейфуса на севере до сих пор ходят
легенды. Утверждается, например, что он мог переспать за одну ночь
со всеми женщинами стойбища начиная с шестилетних и кончая древними
старухами. Мог то он мог, но уверяем Вас, никогда этого не делал или,
по крайней мере, не делал этого часто. Да и кто не грешен? Взять хоть
того же Пушкина. Рычард Мстиславович действительно был влюбчивым человеком,
и редкая женщина могла устоять перед его обаянием. Женат Эгегейфус
не был и не раз горько сожалел об этом. Когда ему было за пятьдесят,
Рычард Мстиславович по совету врачей переехал в Вельск и, работая
в Вельском краеведческом музее, нашел, как ему кажется, ту единственную,
с которой он мог бы образовать семью. Имя этой женщины мы, по ее просьбе,
не называем (она еще жива). Их счастье длилось чуть больше года, затем
волоокая лешуконская красавица увезла Эгегейфуса к себе на родину,
где следы нашего героя теряются окончательно, ибо в Лешуконии может
затеряться не то что человек, но и вообще все что угодно.
К сожалению не смотря на то, что Рычард Мстиславович всю свою
жизнь увлекался, а на некоторых жизненных этапах и профессионально
занимался фотографией, не осталось ни одной качественной фотографической
карточки с его изображением. Свои довольно обширные архивы Рычард
завещал краеведческому музею, но его вельская спутница сгоряча предала
их огню и теперь из-за бестолковости ревнивой бабы мы лишены бесценных
документов.
На этой странице помещен портрет его единственного официально
признанного сына - Орланда Шизоненко (фамилия по матери), но Орланд
внешне совершенно не похож на Рычарда. Единственное что он унаследовал
от отца - это любовь к съемке обнаженной натуры и страсть к написанию
бессмысленных статей об искусстве. В одном из северных поселений найдена
была разбитая фотопластинка с изображением человека стоящего рядом
со студийным фотоаппаратом. Известно, что одно время у Рычарда Мстиславовича
была фотостудия и скорее всего этот снимок был сделан там. Кто изображен
на снимке точно выяснить не удалось, однако есть мнение, что это учебная
работа Наивного Чукотского Мальчика, сфотографировавшего своего учителя
и наставника Рычарда Егегейфуса. Им же, очевидно был сделан карандашный
набросок профиля мужчины, по описанию очень похожего на Рычарда, который
мы рискнули поместить на обложку.
А.Трапезников
Благодарим за помощь в подготовке статьи Вельский краеведческий
музей, а так же Орланда Ш(с)изоненко за предоставление собственной
фотографии.
|
|
;)
;)
;)
;)